Какая манера общения с проверяющими наиболее эффективно защитит от доначислений?

Финансы и декларации

Как при проверке исключить конфликт с налоговиками? Как грамотно отказать фискалам в предоставлении документов? Как сотрудникам компании вести себя на допросе?

Налоговая проверка сама по себе приносит компании множество проблем. И нет нужды искусственно увеличивать их число. Но именно это произойдет, если руководство изначально и по собственной инициативе пойдет на конфликт с налоговиками. Некоторые делают это, чтобы показать свою принципиальность и независимость. Иные просто не просчитывают последствия своих действий. Напротив, если войти с проверяющими в рабочий контакт, компания получит дополнительный инструмент влияния на ход проверки. Это поможет отстоять правомерность той или иной налоговой схемы, избежать попадания претензий в акт проверки. А впоследствии позволит эффективнее оспаривать доначисления в вышестоящем налоговом органе или в суде.

Через общение можно понять перспективы обжалования

В ходе проверки нередко возникают коммуникационные проблемы. Многие не знают, как наладить общение с проверяющими. Важно понимать, что инспектор нам не друг, но и не враг. Но часто бухгалтерия относится к фискалам как к врагам, они это чувствуют.

Между тем тут стоит разделять человека и его должностные обязанности. Налоговый инспектор — это такой же наемный работник, как и мы с вами. Он обязан исполнять свою работу, решать задачу наполнения бюджета. Вряд ли он изначально желает компании зла. Однако личная неприязнь бухгалтеров может вызвать у него ответную негативную реакцию. И тогда он попытается применить всю власть, чтобы наказать компанию.

Для руководства компании важно разобраться в психологических особенностях личности проверяющего. Если в компании есть сотрудник кадровой службы с дипломом психолога или штатный психолог, разумно привлечь его к общению с налоговиками. Некоторые проверяющие признают только власть. И ждут, что все их будут слушаться. Есть люди, которые мотивированы по-другому. Пусть психолог посмотрит на проверяющих и даст главбуху и фин. директору полезные советы.

У автора статьи на практике был случай, когда проверяющая хорошо шла на контакт с бухгалтерией. По ее поведению легко можно было понять, что думает о перспективе обжалования акта проверки ее непосредственный руководитель. И соответственно можно было убедить ее не включать в акт те претензии, в которых налоговое начальство сомневается. Однако вместо этого юрист компании решил вести себя жестко. Посчитал, что «налоговичку нужно тыкать в закон и говорить, что она не права». И таким образом заставить ее снять все претензии, а не часть их. В результате в акт попало максимальное количество эпизодов. Более того, когда в рамках дополнительных мероприятий налогового контроля (п.6 ст.101 НК РФ) проверяющая попросила документы, которые уже запрашивала в ходе проверки, юрист просто написал на нее жалобу в управление.

Для рядового сотрудника инспекции это очень неприятная вещь. Управление, если, конечно, инспектор не допустил каких-то вопиющих беззаконий, скорее всего проявит с ним корпоративную солидарность. И не станет публично наказывать. Однако за его работой установят наблюдение. И будут морально давить на человека.

В нашем случае жалоба подавалась через районную инспекцию. И проверяющая узнала о ней еще до того, как бумага попала в управление. Она сразу же отказалась идти на какой-либо контакт с бухгалтерией: «написали на меня жалобу, теперь ждите решение, там все и увидите». Организация потеряла возможность контролировать процесс. Ведь из-за доначислений ей пришлось собирать еще какие-то документы. А какие именно и как они должны быть сформулированы, можно было понять через инспектора. Этот контакт не позволил бы снизить сумму доначислений, но помог бы подготовиться к судебному разбирательству и правильно использовать доказательства.

При проверке важно понять задачи инспектора, начальника инспекции и налоговых органов в целом. Причем задачи проверяющих могут отличаться от задач руководителя (замруководителя) инспекции, который выносит решение по проверке (п.7 ст.101 НК РФ). Руководитель инспекции — это менеджер. Он обязан смотреть на ситуацию со сбором налогов стратегически. Понимать, что нельзя резать курицу, дающую золотые яйца. А инспекторы работают на тактическом уровне: если есть какое-то нарушение, они обязаны отразить его в акте. Думать о будущем — не их задача.

Был случай, когда инспекторы признали четырех контрагентов компании однодневками. И доначислили ей НДС и налог на прибыль на сумму более 20 млн рублей. Но начальник инспекции оценил, какой у него план по доначислениям, а также исправно ли и в каких объемах компания платит налоги. Руководство компании на разборе возражений на акт проверки тоже подчеркнуло, что «мы же платим, пусть и не всегда вовремя, но в целом мы хороший налогоплательщик». Разумный руководитель инспекции такие аргументы обязательно примет в расчет. В рассматриваемом случае 18 млн рублей доначисленных налогов не попало в решение по выездной проверке, а остальные 2 млн рублей компания не стала оспаривать. Директор компании принял это предложение с учетом того, что шансы отбиться от претензий в суде были невелики.

Загруженность бухгалтерии — это проблема

Бухгалтерия

Зачастую у главбуха не хватает времени, чтобы критически проанализировать каждый запрос от инспекции и грамотно на него ответить. Это связано с загруженностью бухгалтерии и отсутствием юристов в штате. Практика показывает, что подключение юристов (как штатных, так и внештатных) к решению проблем с инспекцией происходит только после получения акта проверки. В ходе проверки бухгалтерия не хочет подпускать юристов к первичным документам. Да и сами юристы компании считают, что налоговые проверки — это не их задача. В связи с чем в большинстве случаев формирование качественной доказательственной базы начинается уже после предъявления претензий. Но в суде спор будут вести именно юристы. И судья будет оценивать первичные документы с юридической точки зрения. Поэтому нужно прибегать к помощи юридического отдела уже в ходе проверки, а не после нее.

Много проблем в ходе налоговой проверки появляется оттого, что главбух и директор считают, что должны отвечать только за период, когда они занимали эти должности в компании. Формально это так. Нельзя наказать руководителя компании за то, что сделал предшественник. Однако главбуху очень полезно почитать решения по предыдущим налоговым проверкам. При этом важно избежать стереотипного мышления. Многие думают, если в ходе прошлых проверок компании не предъявлялись претензии, то сейчас они не появятся.

Могут предъявляться и старые претензии, могут появиться новые. Обычно, выходя на проверку, налоговики уже знают, какие сделки нужно проверять особенно тщательно. При ответе на запрос проверяющих очень важно, чтобы компания не помогала им в сборе доказательственной базы. И чтобы соблюдалась грань между противодействием в проведении проверки и «отсутствием помощи».

При проверке нужно взглянуть на налоговый спор как на битву двух доказательственных баз. Такая база имеется как у проверяющих, так и у компании. После предъявления претензий выясняется, чья доказательственная база сильнее. Все доказательства должны удовлетворять четырем принципам: достоверность, достаточность, допустимость, относимость. Первичные документы, которые бухгалтерия представляет в инспекцию, должны быть достоверны. И сопровождать операции, которые происходили на самом деле. Если компания получила 10 тонн сырья, то такой документ и нужно отдавать в инспекцию.

Нельзя отдавать инспекторам документы без тщательной проверки

Сейчас сильно размыта граница между камеральными и выездными проверками. Контролеры получили больше полномочий при камералках (ст.88 НК РФ). Но все же камералка не открывает все двери.

Рассмотрим ситуацию. Компания получает запрос на предоставление документов (п.6-9 ст.88 НК РФ). При этом контролеры запросили все бумаги, касающиеся деятельности. Компания ответила, что это камеральная проверка. Поэтому все документы фискалы истребовать не вправе. Это неправильный способ коммуникации с инспекторами. Потому что налоговый орган хотя бы на основании банковских выписок соберет претензии и включит их в акт. И у суда впоследствии возникнут вопросы, касающиеся непредставления документов в рамках запроса. Аргумент о том, что в ходе камералки инспекция не вправе истребовать все документы, примет не каждый судья. Но и отдавать инспекторам документы без их тщательной проверки — это плохой вариант.

Чтобы сэкономить время на подготовку бумаг либо скрыть проблемные операции, компания может направить фискалам грамотный отказ в предоставлении документов. В ответе на запрос инспекции можно указать, что налогоплательщик готов сотрудничать, но не понимает до конца, каким образом запрошенный документ относится к операциям, проверяемым в рамках камералки. Вроде бы отказали, но дипломатично. И уже никто не сможет сказать, что компания отказалась сотрудничать.

С 2015 года инспекторы вправе проводить осмотр помещений в рамках камеральной проверки по НДС. Но только если организация подала декларацию к возмещению. Либо если в декларациях, поданных налогоплательщиком него контрагентом, обнаружены противоречия и расхождения, которые свидетельствуют о занижении налоговой базы (П.1 ст.92 НК РФ). Однако при простой камералке проводить осмотр нельзя.

Главбух одной из компаний об этом не знала и пустила фискалов на территорию организации. И что они увидели? Вместо здания склада, в рамках строительства которого были заявлены расходы и вычеты, пустую площадку. Если бы они этого не увидели, то к началу выездной проверки можно было что-то и придумать. Проблемы бы возникли, но позже. А так началась экспертиза в отношении стоимости склада, в итоге — огромные доначисления.

Забавные случаи, связанные с предоставлением документов

В отличие от выездной проверки, когда фискалы запрашивают абсолютно все бумаги, при камералке, как правило, спрашивают только про конкретные операции и контрагентов. Но зачастую эти запросы сформулированы недостаточно четко. Например, у одной из компаний в рамках камералки налоговики истребовали среди прочего и «документы ГСМ». Главбух сочла, что это документы на закупку ГСМ. Но нужно было попросить контролеров конкретизировать перечень запрашиваемых документов. Хотя с учетом ГСМ проблем не было, но позже фискалы нашли за что зацепиться.

Другой случай — компании пришло письмо с просьбой представить уведомление о переходе на УСН. Этот спецрежим компания применяла уже два года. Однако уведомление налоговики потеряли. У компании оно обнаружилось только в электронном виде — в формате PDF, причем на нем стояла печать другой организации, у которой было такое же название. Теперь искать оригинал ни в офисе, ни в инспекции смысла не было, поскольку на нем стояла неправильная печать. Это значит, что заявления не было. И компания должна была эти два года применять общий режим. Владельцы компании уже были готовы похоронить свой бизнес. Сотрудники организации позвонили инспектору, который выставил соответствующее требование. Чтобы между делом выяснить, что именно налоговики хотят и есть ли к компании какие-то претензии. Инспектор сказал, что его вполне устроит отсканированный вариант уведомления. Директор распечатал это чужое уведомление в таком низком качестве, что ОГРН на печати даже не был виден. И отправил в инспекцию по факсу. На этом все закончилось, никаких доначислений по общей системе.

При проверке одной из компаний налоговики заявили, что в отношении вычетов по НДС данные бухучета не совпадают с данными налогового учета. По данным бухучета сумма вычетов получается больше. Главбух, не задумываясь о последствиях, отвечает налоговикам, что это, скорее всего, сбой в бухгалтерской программе и компания скорректирует сумму вычетов в меньшую сторону. Получается, что организация еще на стадии проверки признала претензию правомерной. Хотя налоговый учет относится вовсе не к НДС, а к налогу на прибыль.

Еще одна интересная ситуация была связана с подтверждением правомерности применения нулевой ставки по НДС (ст.165 НК РФ). В пункте 9 статьи 165 НК РФ приведен конкретный перечень документов, которые нужно предоставить в инспекцию. Бухгалтерия же приложила все документы по сделкам, а не только те, что требует Налоговый кодекс. Оказалось, что в той части пакета документов, которая была необязательной, нашлись противоречия с документами, которые были обязательными. В итоге компания два года потратила в суде на то, чтобы объяснить, почему у нее имеются такие противоречия в документации.

На практике был еще один забавный случай. У сельхозпроизводителя запросили путевые листы. Работники этой компании обрабатывали как свои поля, так и поля другой организации по договору аутсорсинга. Путевые листы и задания на эти работы должны были разделяться между собой на две организации. Но об этом часто забывали. При проверке сельхозпроизводитель предоставил 5 тысяч путевых листов, оформленных на другую компанию. Фискалы заявили, что формально налогоплательщик на своих полях ничего не обрабатывал. И указали, что компания не имела права уплачивать ЕСХН (п.2 ст.346.2 НК РФ). Доказать в суде обратное было крайне проблематично. Наличие нескольких путевых листов с ошибкой можно было списать на человеческий фактор. Но 5 тысяч неправильно оформленных документов отстоять было гораздо сложнее.

Все сотрудники должны точно знать, как им вести себя на допросе

Налоговая проверка

Проверяющие очень любят допросы (ст.90 НК РФ). Нередко на основании свидетельских показаний получаются очень красивые претензии с вескими доказательствами. Все сотрудники компании должны точно знать, что им делать, когда их вызвали на допрос. Кому сообщить об этом и с кем посоветоваться. Крупным компаниям желательно разработать внутреннюю политику по допросам. Финансовый блок совместно с юристами должен иметь набор соответствующих стандартов. Перед допросом любому сотруднику желательно проконсультироваться с руководством, а не спрашивать потом, что нужно было говорить.

Для любого человека допрос — это стресс, который может привести к тому, что он начнет себя не очень адекватно вести. Поэтому целесообразно разработать специальную методичку для сотрудников. Нужно объяснить людям, что никакой уголовной и административной ответственности за дачу ложных показаний на допросах в налоговых органах нет. Исключение — оперативные мероприятия. Если их нет, то неправомерный отказ свидетеля отдачи показаний, а равно дача заведомо ложных показаний влечет взыскание штрафа в размере 3 тыс. рублей (ст. 128 НК РФ). Но случаи привлечения к ответственности по статье 128 НК РФ крайне редки.

Можно сослаться на статью 51 Конституции РФ и не давать показания. Эта норма работает и в уголовном, и в налоговом процессе. Нельзя просить человека соврать. Но целесообразно объяснить сотруднику, что, если налоговики на основе его показаний накажут компанию, это прямо повлияет и на его собственное финансовое благополучие. Ведь от финансовых результатов организации зависит выплата премий и индексация зарплат. Сотруднику нужно объяснить, что в силу своих должностных обязанностей он может не знать каких-то моментов, о которых у него будут спрашивать. И если должность позволяет чего-то не знать, то для налогового органа он этого «не знает».

То есть необходимо объяснить работнику логическую конструкцию «не мог знать». На практике был случай, когда документы по сделкам с контрагентом, который не нравился налоговикам, передавал курьер. На допрос был вызван менеджер по закупкам, который с этим контрагентом непосредственно не работал, но знал о его существовании. Свидетель пояснил, что копии накладных и счетов-фактур компания получала по электронной почте, а потом оригиналы каким-то образом передавались в бухгалтерию. То есть сотрудник просто додумал. Налоговики сравнили показания двух свидетелей — один говорит одно, второй — другое. Противоречия в показаниях — очевидное доказательство того, что такого контрагента в действительности не существовало. Таким образом, организация получила лишнюю претензию в акте проверки.

Целесообразно объяснить сотрудникам значение ответов «не помню» и «не знаю». Для налогового органа ответ «не знаю» на вопрос «знаете ли вы такого контрагента» будет означать, что контрагента на самом деле не было. При этом свидетелю можно ответить, что контрагент не входил в его должностную сферу, но были другие менеджеры, которые, возможно, с ним работали. Этот ответ по сравнению с «не знаю» не создаст серьезных проблем для налогоплательщика. Конечно, можно попытаться что-то сделать и после допроса, но предварительная подготовка к допросам является самым эффективным методом избежания необоснованных претензий.

Так. в ходе проверки одной из строительных компаний ее исполнительного директора вызвали на допрос. После того как он пообщался со своими юристами, директор понял, что дал абсолютно невыгодные для компании показания. На дополнительные допросы его никто не вызывал. Хотя компания просила об этом. Тогда директор пошел к нотариусу, написал новые показания и заверил их у нотариуса. Эти показания впоследствии фигурировали в материалах проверки и в материалах судебного дела. Дополнительные допросы и письменные показания, заверенные у нотариуса, являются действенным инструментом в случае, если первоначальный допрос прошел с плохими результатами.

Проведение экспертизы можно затянуть

В рамках дополнительных мероприятий налогового контроля фискалы могут назначить экспертизу (п.6 ст.101, ст.95 НК РФ). При этом компанию должны ознакомить с постановлением о назначении экспертизы. Обычно налоговики дают три дня на ознакомление. Но можно попросить неделю. Это отодвинет срок фактического начала экспертизы.

Во время экспертизы компания может заявить отвод эксперту. При этом можно указать, что организацию не устраивает его образование, квалификация и т.д. Причем налоговики должны предоставить организации мотивированный акт о том, почему они считают этого эксперта компетентным. На это тоже уйдет какое-то время. Потом компания может предложить своего эксперта. Скорее всего контролеры откажут компании. Но, опять же, они должны мотивированно отказать, указав, почему прежний эксперт лучше нового.

Вот это оттянет время. Также у организации есть право поставить дополнительные вопросы перед экспертом. Можно попросить эксперта, которого нашел налогоплательщик, поприсутствовать во время проведения самой экспертизы. Все это позволит компании выиграть время, собрав качественную доказательственную базу. А у проверяющих для сбора доказательств останется совсем мало времени. На то, что компания заявляла отвод эксперту, предлагала своего эксперта, а налоговики ей отказали, можно ссылаться в возражениях и в суде.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.